Талаев: Госперестраховщик не должен подменить коммерческое страхование

Почему российские компании предпочитают перестраховывать риски за рубежом, интересен ли российским страховщикам рынок Китая, чего ждать от нового национального рейтингового агентства, какую пользу может принести государственный перестраховщик и стоит ли ждать оттока иностранных перестраховщиков, в интервью агентству "Прайм" рассказал исполнительный директор и член правления АО "СОГАЗ" Дмитрий Талаев.

- Дмитрий Алексеевич, добрый день! Многие крупные российские компании предъявляют требования по перестрахованию своих рисков на международном рынке, даже если существует возможность перестраховать их внутри страны. Как вы относитесь к этой практике?

- Как представитель российской страховой компании я отношусь к этой практике отрицательно, мне не импонирует то, что бизнес уходит за рубеж.

Но здесь важно понять первопричину, почему ведущие российские компании предпочитают разместить свои крупные риски за рубежом, а не у российских страховщиков. Наверное, они считают это более надежным. Когда речь идет о защите на сотни миллионов долларов, вопросы надежности выходят на первый план.

Поэтому упрекать крупные предприятия в том, что они недостаточно заботятся о наших интересах и заработках - не очень конструктивная позиция. Тут впору задаться вопросом: почему западным перестраховщикам они доверяют, а нам нет.

К сожалению, я считаю, что во многом страховщики сами виноваты в этой ситуации. Как можно доверять ответственность на значительные суммы компаниям, которые на тендере буквально выгрызают друг у друга бизнес, соглашаются за бесплатно продавать свое собственное удержание и подставлять свои облигаторы, лишь бы заключить контракт?

При таком подходе, на месте руководителя, ответственного за финансы у страхователя, я бы тоже усомнился в их способности выполнить взятые обязательства. Тенденция размещать свои риски за рубежом - объективная реальность, во многом спровоцированная поведением самих страховщиков.

Можно, конечно, покритиковать и страхователей, которые провоцируют этот демпинг, пытаясь сэкономить на страховании, нанимают профессиональных брокеров, чтобы они помогли максимально сократить расходы на страхование.

Но все-таки, с моей точки зрения, эта ситуация - выбор самих страховщиков. Никто ведь не заставляет соглашаться на невыгодные условия. Но это требует взвешенной и консолидированной позиции всего рынка. Сейчас страховщиков ловят на том, что все равно кто-то дрогнет в погоне за выполнением годового KPI, а одно слабое звено потом вызывает цепную реакцию.

Хотя наметилась тенденция, что разум начинает преобладать, и от авантюрных предложений страховщики находят в себе силы отказаться.

- Каковы планы СОГАЗа по расширению перестраховочных операций в других странах? Какие существуют проблемы?

- Планы по расширению имеет смысл строить в тех регионах, которые в нынешней ситуации хотя бы политически нейтрально к нам настроены. Основной интерес сейчас представляют страны бывшего СНГ, БРИКС, по географии - Юго-Восточная Азия, Латинская Америка, MENA.

Основная проблема в работе на этих рынках - рейтинговые ограничения, которые существенно сужают нам возможности для работы по сугубо формальным причинам. Но мы не останавливаемся, выстраиваем работу через брокеров. Конечно, это снижает экономическую эффективность сделок, но надо что-то делать, мы не можем сидеть сложа руки.

Активно работаем со странами постсоветского пространства. Большой интерес здесь представляют Казахстан и Азербайджан. Есть несколько крупных проектов с корпоративными клиентами. Я очень надеюсь, что это даст дополнительный импульс для развития.

- В последнее время российские страховщики, в том числе СОГАЗ, стремятся выстроить отношения с китайскими коллегами. Чем России интересен китайский рынок? В каких направлениях вы видите перспективы сотрудничества?

- Выстраиванием отношений с азиатскими компаниями мы занимались и раньше, но сейчас это направление получило новое развитие.

Китай интересен в силу двух причин. Во-первых, это страна с очень мощной экономикой, финансовым сектором, это очень емкий рынок, на котором есть деньги, есть капитал. Во-вторых, в последние полтора года существенно активизировалась работа с Китаем на государственном уровне: проходят встречи глав правительств, активно работают российско-китайские комиссии.

В этом направлении ведется большая работа, и есть понимание, что Китай со своей стороны тоже активно в нее включается. Это дает нам дополнительные основания предполагать, что сейчас благоприятный момент для продвижения своих интересов в Китае. Собственно говоря, этим и объясняется наше решение об открытии представительства в Пекине.

Мы не ожидаем, что начнем получать через это представительство многомиллиардные премии. Это, скорее, демонстрация серьезности и долгосрочности наших намерений, что очень важно для китайских партнеров. Для них понимание того, что у людей серьезные намерения, что они хотят здесь работать всерьез и надолго - это знаковый момент. Все китайские компании, с которыми я встречался, очень позитивно восприняли наши планы по открытию представительства.

Основными задачами представительства в первое время будут обеспечение полноценного постоянного контакта с китайскими партнерами, диалог и взаимодействие с ними на рабочем уровне. Сейчас мы находимся уже в финальной стадии, завершаем техническую работу по документальному оформлению присутствия СОГАЗа в Китае. Если все пойдет по плану, то к концу года представительство в Пекине приступит к работе.

- В начале этого года стало известно, что для попавшего под санкции «Ростеха» была создана национальная емкость для перестрахования перевозок грузов специального назначения. Какие еще аналогичные емкости, на ваш взгляд, целесообразно сформировать? Что этому препятствует?

- Случай с созданием внутренней российской емкости для перестрахования грузоперевозок "Ростеха" довольно показательный. Это один из немногих примеров способности страховщиков договариваться и устанавливать определенные правила игры.

Технически собрать внутреннюю емкость было относительно несложно, т.к. основная масса грузоотправок не требуют слишком больших лимитов и емкости крупнейших российских страховщиков для этого хватает. Основная сложность была в выработке и принятии всеми участниками общих правил игры.

Подобная емкость была бы крайне полезна в авиационном бизнесе, но там гораздо сложнее с договоренностями: есть ряд игроков, каждый из которых претендует на ведущую роль в этом сегменте. Компромиссное решение, которое бы устроило всех, найти очень сложно. Также емкость была бы полезна в судостроении, но там сложность заключается в том, что проекты характеризуются очень высокими страховыми стоимостями.

Емкость такого объема, которая была создана для "Ростеха", для судостроительной отрасли будет недостаточна. Этот как раз вопрос госперестраховщика, иными мерами эту задачу в судостроительной отрасли решить не получится.

- Очень обсуждаемая сейчас тема - создание государственной перестраховочной компании. Это решение проблем с санкционными клиентами?

- Это один из возможных способов решения государством своей задачи по поддержке отдельных предприятий и целых отраслей экономики, призванных обеспечить конкурентоспособные позиции России на мировом рынке.

Не секрет, что введенные EС и США санкции имели своей целью, в том числе, ограничить возможности полноценного функционирования этих компаний через ограничения по привлечению финансирования - в форме кредитования либо страхования, либо еще как.

Но если продукция ВПК или проекты освоения месторождений на Арктическом шельфе жизненно важны для конкуренции на мировом рынке и экономического роста страны, то государство заинтересовано в бесперебойном их функционировании, что, наряду с банковской системой и обеспечивает механизм страхования.

Государственный перестраховщик - одна из доступных в таких случаях форм для реализации этого механизма. Не уверен, правда, что это решение может быть полным - есть риски, стоимость которых все равно будет требовать привлечения внешнего финансирования.

- Видите ли вы в создании ГПК угрозу рынку коммерческого перестрахования в будущем? Как вы